После водки горячий чай обжигал горло.
Знаешь, - сказал Кнопка, - я недавно был в гостях у Никиты Осоцкого.
У него сын родился.
Думали, как назвать.
Это явилось для меня новостью - что Кнопка ходит к Осоцкому в гости да еще думает, как назвать его сына.
Осоцкий, вопреки ожиданиям, карьеры не сделал, жил тихо и встреч уклонялся.
Я у него себя как дома чувствую, - продолжал тихо Кнопка.
Знаешь, есть в нем что-то особенное, славное такое.
Мне сделалось окончательно неловко и скверно.
Невысказанное им было справедливо.
Ясно, как к нему все относились.
Пренебрежение - оно всегда чувствуется.
И вдобавок - была ведь какая-то даже неприязнь: то ли от того, что он какой-то не такой, как мы, то ли от того, что, по совести, он многих в жизни крепко выручал, а отблагодарить вечно руки не доходили, знали - он и так не откажет, и оставалось какое-то смутное раздражение.
